seodiva.us - Курсовая работа: Анализ финансовой деятельности предприятия


Это работа или менеджер анекдот

И вот, наконец, вышел «Рэнт», десятая книга, и первая, которую я купил, когда понял, что в сети электронную версию в ближайшее время не найти. А прочитать-то хочется.

Мастер не обманул ожиданий. Как всегда. Может быть, даже скорее всего, ужасы реализма, «жуткие» примеры из жизни маленького американского городка и не вызовут у отечественных читателей тошноты или, хотя бы, неприятия, которое появлялось при знакомстве с предыдущими книгами. Не отпугнут ни акции по сбору окровавленных прокладок и грязных презервативов, разносимых ветром по окрестностям, ни сопли, скатанные в шарики и прилепленные над изголовьем кровати (да и кто не делал этого в детстве?).

Допустил ли писатель огрех, уменьшив «критическую массу» ужасов в новой книге, сделав их обыденными, почти смехотворными? Или сделал это специально? Вспоминая вырванные смывной трубой бассейна кишки и каннибализм, сваренных заживо в гейзере человека и его пса и превращение мужчины в женщину, сгнившие от гангрены из-за обморожения губы и дёсны, — все примеры из прошлых книг, — можно придти к выводу о намеренности такого хода. И для англоязычного читателя это будет ещё более заметно. Паланик вовсю старался сделать эту книгу особенной, выделяющейся среди прочих — даже за счёт уменьшения «трэшевых» элементов. Но выделяющейся лишь для постоянных читателей. Уж они то заметят, что кровищи и гноя стало меньше. И будет искать другие «капканы», те детали, посредством ввода в повествование которых Чак возвратил гармонию обычного для него «уничтожения» окружающей, нудной и опостылевшей действительности.

Старые приёмы до поры до времени спрятаны в нижний ящик стола. На вооружение взято кое-что помощнее, понезаметнее. Но линия, которую я посмею назвать лирической, так же тонка и полна очарования, как и во всех предыдущих трудах гения контркультуры.

Герой, «Рэнт» Кейси (чьим прозвищем стал звук рвоты), не бунтарь, не фанатик-революционер с пламенным взглядом. Создаётся впечатление, что он просто устал от жизни, уже ко второму её десятку. Как это мне знакомо, хоть он и обычный «советский» панк, а я представитель несколько иной субкультуры. Ему ничего в общем-то и не нужно. Лишь бы не трогали. Не указывали. Не навязывали. Но — всё это происходит. Человеку не дают жить спокойно, так, как того хочется.

Рэнт проводит ночи в компании, разъезжающей на побитой машине, участвует в игре «кто-разобьёт-чужую-машину». Его уколы — укусы пауков и змей, его наркотики — их яд. Сделать инъекцию элементарно — достаточно сунуть руку или ногу в дыру в земле. Его работа — уничтожение вредителей, фактически — непрерывный кайф, доза за дозой попадают в кровь. Его подруга — калека, безумная «водила» в свадебном платье, с ожогами на лице от резко сдёргиваемой при очередной аварии фаты. Его отец — он сам, переместившийся во времени и соблазнивший собственную мать. А заодно и бабушку, и прабабушку. Так что его дед и прадед — тоже он сам.

Книга составлена из безжалостно перемешанных бумажным миксером кусочков интервью разных людей, знавших Рэнта или бывших свидетелями событий, в которых ему довелось участвовать. В переводе особенности речи рассказчиков теряются, кажется, будто говорит одно существо — то противоречит себе, то вдруг начинает рассказывать о себе со стороны. При чтении от этого эффекта надо абстрагироваться, и вникать в Историю — историю с большой буквы, — и в то мировоззрение, которое автор хотел донести до читателей.

В своих фантастических идеях Паланик не нов — перемещения в прошлое напомнили мне «Сад Времени» Брайана Олдиса, а сегрегация населения по времени суток, в которое различным классам позволительно вести шумную уличную жизнь — «Мир Дней» гения «новой волны» (с которой, кстати, неразрывно связана нынешняя «контркультура) Филиппа Хозе Фармера. У последнего, правда, разделение было по дням недели, каждый гражданин мог выходить из своего саркофага лишь в определённый день. Чак лишь немного изменил старую придумку. Так ведь он и не ставил своей целью выдать что-то новое, какое-то оригинальное фантастическое изобретение. Он использовал фантастику лишь как метод, — метод передачи того, что теперь его беспокоит.

Эта книга стала на мой взгляд второй по настоящему «протестной» книгой Паланика, и куда более зрелой. В первой, «Бойцовском Клубе», бунт был направлен против обыденности потребительского общества, его стабильности, что более напоминает стагнацию. Кто-то может сказать, что там герои действовали «от лени» — не желая жить «нормальной» жизнью среднестатистического клерка, образовывали тайные общества, целью которых являлась борьба с обывательщиной. Тогда Паланик ещё толком не определил врага и причины его ненавидеть. Видно что-то сильно изменилось в обществе, раз Чак наконец-то дошёл до кондиции.

В новом труде герои действуют потому, что иначе не могут. Потому, что класс «дневных», захвативших себе солнечный свет, решил, что если первый этап обворовывания прошёл безнаказанно, можно проводить в ночную жизнь и следующие. Можно превращать людей в управляемых кукол, бездумных и безмозглых, не умеющих мыслить, и лишь потакающих инстинктам, — даже не истинным, человеческим, а наведённым дневной технократией, — можно вставить им штырь в затылок и заставить наслаждаться в мире грёз чужими реальными ощущениями. И выглядит это ещё более цинично оттого, что настоящие чувства записаны с «элиты» общества. С «дневных». Которым можно хватать людей и по навету ли, по подозрению ли, запирать на долгие-долгие годы, до самой смерти, в четырёх стенах. Как узнаваем реальный мир в книге Паланика!

Но ведь ночные автохулиганы, готы, панки, — все они не так уж просты. Они могут ответить узурпаторам солнечного света таким террором, что те застонут во всю силу своих слабых глоток. И утром на многолюдных проспектах могут оказаться сотни и сотни истекающих слюной безумцев, жаждущих лишь человеческого мяса, и распространяющих свою заразу между обильными воздаяниями своему голодному желудку. А по ночам, манифестируя начало сопротивления, огненными кометами понесутся по улицам горящие машины со смертниками-фаталистами внутри.

Посмотрим, что Чаки выдаст через пару лет. У меня есть кое-какие догадки. Впрочем, они — не ваше дело. Вы ожидайте, чего хотите. Хоть новый «Дневник Тёрнера», куда более литературный, а потому более выразительный и действенный, хоть новую сводку «заветов Ильича».

А завершу я эту небольшую статью заключительными словами «Рэнта». Словами, которые маленькими гвоздиками прибили улыбку к моему лицу на несколько десятков минут:

«А вам всем, неудачникам хреновым, — счастливо сдохнуть!»


Источник: http://fantlab.ru/autor452/responsespage1



Рекомендуем посмотреть ещё:


Закрыть ... [X]

Дипломная работа: Совершенствование рыночных механизмов Команда цитаты про команду

Это работа или менеджер анекдот Обязанности администратора ресторана Заметки официанта
Это работа или менеджер анекдот Как переехать в Москву и устроиться на работу?
Это работа или менеджер анекдот Технология оптимизации бизнес-процессов
Это работа или менеджер анекдот Как посетителя превратить в покупателя
Это работа или менеджер анекдот Чак Паланик - отзывы на произведения
Это работа или менеджер анекдот Cached
6 масел для волос: тест-клуб Allure Обзоры косметики Glamour Бородавки - Библиотека - Доктор Комаровский Ватников Диваныч. Грэйв. Общий файл Иероглифы в татуировке. Ваше отношение. - Тату-мастер Форум Как сделать необычное в фотошопе Купить Мужская коробка с носками, конфетами,алкоголем - синий Магазин кожи и меха «Золотое Руно» в Москве: кожаные куртки Полупучок из волос: как сделать модный полупучок на голове

Похожие новости